Нет ничего ценнее человеческой жизни: Нет ничего дороже человеческой жизни

Содержание

Нет ничего ценнее человеческой жизни ▷ Socratify.Net

ПОХОЖИЕ ЦИТАТЫ

ПОХОЖИЕ ЦИТАТЫ

Стремясь к совершенству, забываешь, что нет ничего совершеннее самой жизни.

Джефф Бриджес (8)

«Так вышло» — из этой фразы получился бы отличный эпиграф к любой человеческой жизни.

Мефодий Буслаев. Стеклянный страж (Дмитрий Емец) (30+)

Практика без теории ценнее, чем теория без практики.

Марк Фабий Квинтилиан (20+)

В жизни нет ничего, чего стоило бы бояться, есть только то, что нужно понять.

Мария Склодовская-Кюри (9)

Нет ничего лучше воспоминаний. Да и ничего хуже тоже нет.

Антон Чехов (100+)

В жизни нет ничего сложного. Это мы сложны. Жизнь – простая штука, и в ней чем проще, тем правильнее.

Оскар Уайльд (500+)

Жизнь, полная ошибок, почетнее и ценнее жизни, потраченной на бездействие.

Джордж Бернард Шоу (100+)

Семья — это самое важное, что есть в мире. Если у вас нет семьи, считайте, что у вас нет ничего. Семья — это самые прочные узы всей вашей жизни.

Джонни Депп (50+)

Хотя человеческой жизни нет цены, мы всегда поступаем так, словно существует нечто еще более ценное.

Антуан де Сент-Экзюпери (100+)

В человеческой жизни порой возникают обстоятельства, при которых здравый смысл оказывается бессильным.

Нортенгерское аббатство (Джейн Остин) (20+)

«Помните, что нет ничего на свете ценнее человеческой жизни»

Вопросы парижан не смогли поставить в тупик Светлану Алексиевич

Алексиевич обступали парижане,


интересующиеся русской культурой.

Лауреат Нобелевской премии по литературе 2015 года Светлана Алексиевич 3 ноября провела встречу с читателями в книжном магазине Compagnie в центре французской столицы. Писательница признала, что не жалеет об «исчезновении советского человека», а историю России и СССР считает «страшной». 


Алексиевич обступали парижане, интересующиеся русской культурой, – участники левых движений, потомки белых эмигрантов, выходцы из Польши. Многие из них прочитали книги писательницы еще в 90-е и не рассчитывали, что смогут увидеть Алексиевич вживую.


«Забавная обложка», – говорит один посетитель магазина другому, показывая на книгу Алексиевич. На фолианте изображена бедно одетая пенсионерка, вопреки всему вышагивающая с красным флагом. Собеседник соглашается и говорит что-то о сталинистах. Участники разговора и не подозревают, что участвуют в мероприятии, частично организовывавшемся именно ими: желающих получить автограф Алексиевич руководство магазина выстроило в очередь. Тем временем писательница по не зависевшим от нее причинам опаздывала.


«Как жаль, что нельзя поговорить, – говорит на входе Алексиевич, когда узнает, что встреча планируется недолгой, и сразу же продолжает громче: – Я выступаю в поддержку новых форм в литературе, писателям есть чему поучиться у архитекторов и музыкантов, мои тексты – это история красного человека, но рассказанная не мною, а им самим. Это страшная русско-советская история, уже подошедшая к завершению». Представитель магазина задает вопрос про политику. Алексиевич отвечает: в современной России всё – политика. «Выключить русское телевидение – это уже политический жест. Достаточно сказать, что вы против Путина, и вы уже будете зачислены в предатели. Но я не занимаюсь политикой, мои цели совершенно иные, меня интересует литература».


Писательница еще не успевает закончить, как менеджеры объясняют собравшимся, что она устала: «Вчера выступала в театре и сегодня не сможет говорить долго». Но понимающему по-русски слышится другое: Алексиевич хочет выступить, только ей не разрешают. После короткого монолога начинается автограф-сессия. «Больше одной книги на подпись не берите, – предупреждают менеджеры. – Иначе у писательницы не хватит времени».


«Эту книгу подпишите Алену, замечательному человеку, – говорит первая почитательница творчества, занявшая место в очереди заранее. – Писать можете по-русски, проблемы с языком не будет». «Дорогой… дорогая… Ален – это он или она?» – спрашивает по-русски Алексиевич, две переводчицы, находящиеся рядом, наперебой объясняют: Ален — это он. «Ален – мой зять, он полицейский, очень интересуется Россией», – не понимая русского, громко говорит француженка.


«Эту книгу подпишите для моего родственника», – говорит следующая читательница в очереди. «Как его зовут?» – осведомляется Алексиевич. – «Оливье». «Оливье, как салат по-русски», – сообщает переводчица и тут же замечает, что кто-то в очереди оживился. «Оливье – это самый высокий класс в России, это наш национальный символ!» – оправдывается комментаторша. Алексиевич тем временем вступает в разговор: «Оливье – это он или она? Как подписывать?»


Многие отстояли очередь к писательнице только для того,


чтобы выразить Алексиевич свое восхищение.


Фото автора

Наблюдая происходящее вблизи, понимаешь: писательнице приятно, что за ее творчеством следят не только французы. «Монсеррат? Вас зовут Монсеррат? Вы из какой страны?» – «Из Аргентины» – «На каком языке говорят в Аргентине?» – спрашивает переводчиц Алексиевич. Но аргентинских читателей почему-то оказывается трое, и через некоторое время писательница повторяет тот же самый вопрос. «Я не была в Аргентине, – объясняет вполголоса Алексиевич, – зато была в Мексике. Там очень интересно, там живут индейцы».


«Для кого мою книгу подписать? Для Доминик? Доминик – это я знаю, это мужское имя», – говорит по-русски Алексиевич. «Женское», – парирует переводчица. «Мужское, – настаивает Алексиевич, – это точно». «Это может быть и мужское имя, и женское, но в данном случае женское, – вмешивается русскоговорящий француз, и Алексиевич, уступив, что-то пишет на первой странице книги.


Невозможно представить, чтобы разговор с читателями прошел без упоминания России. «Я аудитор, занимаюсь проверкой финансовых операций во Франции, в ближайшее время поеду в Москву, у меня там стажировка на три месяца, – говорит один из стоящих за автографом, когда приходит его черед, – вот почему интересуюсь русской культурой и купил вашу книгу». «Да, в России есть что проверять», – реагирует Алексиевич. «Очень много коррупции», – переводят французу. Российскую тему продолжает следующий читатель. «Я увлекаюсь Украиной, учу русский язык, чтобы иметь возможность ездить в Украину, уже бывал там». – «Какой молодец! Но чтобы ездить в Украину, наверное, стоит учить украинский», – говорит Алексиевич. «Не обязательно, – вмешивается французская переводчица, – русского для Украины и для Белоруссии достаточно». «Моя фамилия Велицкий, – говорит еще один читатель, – но я не знаю, мои предки русские или украинцы». – «Я тоже не знаю», – честно отвечает писательница.


Некоторые парижане отстояли очередь только для того, чтобы выразить Алексиевич свое восхищение. «Я психоаналитик и постоянно имею дело с опросом пациентов, и, мне кажется, то, что я делаю, близко к тому, чем занимались вы, когда интервьюирвали людей, переживших Чернобыль. Я хотела пригласить вас на нашу конференцию – но теперь вы слишком знаменитая», – говорит одна из читательниц, когда подходит ее очередь. «А я режиссер-документалист и еще в конце 1980-х собирался снять документальное кино о Чернобыле, но потом прочитал ваши книги. И после этого я понял, что вы, по сути, выполнили эту работу», – говорит другой читатель.


Рассуждения некоторых парижан явно ставят Светлану Алексиевич в тупик, хотя все же она находит, что ответить. «Вашу книгу я покупаю в подарок моему двоюродному брату, но я видел его в последний раз в 1970-е годы, тогда он был сталинистом. Подпишите для него, пожалуйста». «Я подпишу, – обещает Алексиевич, – но сейчас, я надеюсь, он не сталинист?» «Не знаю, передам ему и узнаю», – смеется француз. Следующий читатель тоже просит подписать книгу для своего знакомого. «В 1980-е годы я работал в Афганистане, в Кабуле, прочитал вашу книгу «Цинковые мальчики», и на меня она произвела большое впечатление. У меня есть друг, он занимается торговлей оружием в Афганистане. Я хочу подарить ему вашу книгу, пожалуйста, подпишите ее для него». Алексиевич поднимает ручку и задумывается – какие слова найти? Книгу о гибели людей подписать для торговца оружием. Не просто.


Возможно, в этот момент Алесиевич вспоминает случай, произошедший незадолго до этого и едва не поставивший ее в тупик. «Вы нобелевский лауреат! Первый нобелевский лауреат, которого я вижу, – прокричал один из читателей, когда до него наконец дошла очередь. – Подпишите книгу для меня, но никаких слов не нужно, только распишитесь, и все!» «Не надо так, нобелевские лауреаты такие же люди, как и остальные», – отреагировала Алексиевич. И написала на обложке что-то для восторженного человека.


И теперь, опустив ручку на бумагу, тоже нашлась: «Дорогому Дидье, который торгует оружием. Помните, что нет ничего на свете ценнее человеческой жизни».


Париж

Комментарии для элемента не найдены.

Нет ничего дороже человеческой жизни

— Все проходим в палатку, — пригласили вернувшихся спасателей под брезент, где на всю мощность работала тепловая пушка, а на столах стояли пирожки с яблоками и жареная картошка.

— Меня сейчас спросили журналисты, — поднял бокал кто-то из встречавших эмчеэсовских начальников, — девять жизней — это много или мало? Даже если бы мы спасли одного — это уже победа над смертью, победа России и наших спасателей.

Нет ничего дороже человеческой жизни — это аксиома, не требующая доказательств. Поэтому на Западе не вызывает удивления акция по сбору средств. И за несколько дней с помощью SMS там собирают по полсотни миллионов долларов.

В России же мы привыкли, попадая в беду, полагаться в основном на себя да на авось. «Расценки» на жизнь у нас другие, оттого и появляются сомнительные и неприятные разговоры о целесообразности участия МЧС в недешевой операции «черт знает где» по спасению «черт знает кого».

Однако есть в мире вещи, которые невозможно измерить деньгами. И они ни нашими спасателями, ни врачами, работавшими сутками без отдыха, под сомнение не ставятся. Хирург Вадим Дубров оперировал гаитян в Порт-о-Пренсе с той же отдачей, с какой спасал руку автору этих строк, развороченную грузинской пулей в августе 2008-го. Спасатель Евгений Плотников, залезая в железобетонное месиво за выжившей 11-летней девочкой, рисковал не меньше, а то и больше, чем под сводами рухнувшего «Трансвааль-парка» в Москве.

— Какие чувства, когда достаешь из-под завала живого? — задал я дурацкий вопрос в базовом лагере российских спасателей. — Это просто рабочий момент?

— Здесь нет ни одного человека, для которого это был бы просто рабочий момент, — улыбнулся Евгений Плотников. — Понимаешь, когда эта испуганная девчушка, приходя в себя, начинает жаться к тебе, обнимать за шею, что-то лопотать в ухо на своем непонятном языке, а у тебя от эмоций слеза по щеке течет… Нет ничего лучше этого ощущения. Ничего…

Читайте: Российские спасатели вернулись из Гаити домой

Фоторепортаж нашего корреспондента с места катастрофы:

Трагедия на Гаити глазами Анатолия Жданова

Нет ничего ценнее жизни

Каждый день страницы газет заполняются криминальной хроникой. Убийства, грабежи, насилие… Привычные сообщения, переставшие трогать души и сердца, если, конечно, все это не касается нас лично.

А я, читая иногда об очередной кровавой драме, невольно возвращаюсь в далекое довоенное детство, в маленькое село Духовское в Пограничном районе. Однажды к нам приехала кинопередвижка. Вечером односельчане расселись перед побеленной стеной самого большого класса школы. Примостились на полу и мы, деревенские пацаны. Память не сохранила названия картины, но на всю жизнь запомнилась сцена гибели одного из героев. Смерть на экране потрясла всех, будто на наших глазах погиб кто-то из селян или родных. Мы потом долго обсуждали это событие, каждый раз заново переживая боль утраты.

Пишу эти строки и задаю себе вопрос: почему люди тогда могли так остро воспринимать смерть даже чужого человека? И не нахожу иной причины, кроме прочно укоренившихся в их умах и сердцах христианских заповедей: не убий, возлюби ближнего своего как самого себя… Да, мы были уже пионерами. Но корни наших родителей ветвились в религиозном прошлом.

Сменялись поколения. В литературе, кино и живописи главной темой стали революция и гражданская война, сопряженные с кровопролитием. И людей перестала шокировать смерть на страницах и экранах. А сколько десятилетий продолжали воспитывать людей произведения о Великой Отечественной войне, нашпигованные страданиями и насилием! Еще более мощный удар по нравственным устоям нации нанесли заокеанские боевики, в которых человеческие жизни вообще ничего не стоят.

Неудивительно, что злоба, ненависть, жестокость становятся привычными спутниками нашей жизни практически с пеленок. И вполне понятно, почему тысячи москвичей пришли поглазеть на расстрел Верховного совета как на спектакль, очередной боевик.

Беда еще и в том, что многие наши дети не проходят воспитания материнской школой — современным мамам некогда заниматься своими чадами. А ведь еще в XV веке великий чешский педагог Коменский считал такую школу определяющей в судьбе человека. Потому что только постоянная забота и любовь матери могут наполнить наши души и сердца любовью к другим людям, к миру. А наша ответная любовь и доверие способны стать защитным барьером от любого отрицательного влияния. Присмотритесь к своим друзьям, соседям, коллегам и убедитесь сами, что у добрых, хороших людей были замечательные родители.

Мать моей односельчанки Валентины Жилич была очень сердечной женщиной, по-доброму относившейся и к людям, и к животным. И разве могла стать иной сама Валентина Яковлевна? Не могу не поведать одну историю из ее жизни.

Это было лет 30 назад. Одна семейка с соседней улицы за какую-то провинность решила избавиться от своей собаки и перестала ее кормить. В деревне все на виду. И узнав об этом, Валентина по вечерам, когда в доме гас свет, носила бедному псу еду. Это продолжалось не один месяц. Однажды зимой по пути к своему подопечному она увидела лежащего у забора пьяного, который не подавал признаков жизни. Пришлось вернуться, рассказывала она, привести мужа и перетащить бедолагу в дом. Мужчину спасли, провозившись с ним всю ночь. Почему не прошла мимо безжизненного тела? Ведь это же человек! — даже не поняла вопроса Валентина Яковлевна. Уроки матери прочно укоренились в ее сердце.

Сегодня, как никогда, нам необходимо возродить материнскую школу. И может быть, стоит начать с особого воспитания девочек. Без них, будущих жен и матерей, возродить на Руси нравственность будет невозможно.

Кое-где уже создаются женские гимназии и лицеи, что вселяет надежду. Раздельное обучение в дореволюционных гимназиях было не так уж неразумно. И возвращение к нему сегодня может быть вполне оправданно. Ведь не секрет, что в физическом и психическом развитии девочки опережают мальчиков на 2-3 года. И за это время их можно многому научить в интеллектуально-нравственном плане как будущих жен и мам-воспитательниц. И необязательно создавать женские и мужские школы, достаточно разных классов под одной крышей.

Полезно это будет и мальчикам, которые уже привыкли эксплуатировать интеллект и природную ответственность девочек, перекладывая на их плечи школьные дела. Потому-то, став взрослыми, мужчины не способны толково решать политические, экономические и социальные проблемы. А они должны ощущать себя по-настоящему сильным полом с детства. Когда с младых ногтей все усвоят простую истину, что женщина дает жизнь, а мужчина ее оберегает, изменится и отношение к этой самой жизни — такой прекрасной и такой хрупкой.

Нет ничего дороже человеческой жизни — Новости

В Международный день действий за женское здоровье, который отмечают 28 мая, психолог женской консультации ЦГКБ №3 Юлия Казарина рассказала, что пугает женщину сделать репродуктивный выбор, и как это сказывается на ее здоровье.

В женской консультации говорят о репродуктивном здоровье и необходимости регулярных профилактических обследований. Однако, помимо физиологических процессов, у женщин возникает необходимость рассказать об эмоциональном состоянии, влияющем на репродуктивный выбор. Это одна из тем, с которой часто работает психолог женской консультации.

Известие о беременности всегда вызывает много разных чувств и мыслей. И даже если беременность была запланирована и ожидаемая, слова врача «У вас будет ребёнок!» вызывают бурю эмоций и переживаний. Это счастье, сомнение, радость, и даже растерянность. Мысли о желании иметь ребёнка и само ожидание рождения малыша – это разные обстоятельства.

Цель психологической консультации – отделить в сознании женщины беременность от предшествующих и сопутствующих проблем, защитить материнство и семейные ценности, выстроить понимание ответственности за происходящее. Она решает судьбу человека, который также реален, как уже рождённый, ведь его можно увидеть на мониторе УЗИ и услышать сердцебиение.

Беременность не создает проблемы в жизни женщины и её окружения, а только вскрывает те, что уже давно существовали.

Одной из причин для принятия женщиной решения о прерывании беременности являются, в большей степени, социальные факторы: низкий доход, отсутствие квартиры и другие. Но практический опыт показывает, что определяют их решение психологические причины. В случае, когда женщина говорит о финансовых трудностях, семья просто не хочет терять привычный уровень комфорта, жертвовать собственным покоем, менять планы и отказываться от свободы, которой она обладает. Нацеленность на достижения в работе, карьерный рост и материальные блага вынуждают женщину идти против природы. Она считает прерывание беременности единственным возможным способом выхода из сложившейся ситуации, и что при достижении желаемой цели все средства хороши.

Иногда рождение незапланированного ребёнка представляется невозможным даже в том случае, когда женщина действительно его хочет. Она говорит, что хотела бы детей, но не сейчас, забывая, что каждый человек уникален. И возможности родиться в следующий раз у него уже не будет, потому что генетический код индивидуален и неповторим. Ведь даже близнецы при всей их схожести различны.

Другими наиболее распространенными причинами являются проблемы взаимоотношения с мужем, а также неспособность противостоять напору близких, убеждающих женщину в необходимости прерывать беременность.

Хотелось бы, чтобы фраза: «Нет ничего дороже человеческой жизни» стала принципом не только для врачей, которые в силу своей профессии борются за человеческую жизнь, но и для обычных людей. Важно ценить жизнь человека, даже если ему всего несколько недель от начала его жизни, ведь жизнь зарождается в момент зачатия. А если это очень маленький, но все, же человек, то право на жизнь у него уже есть.

Из моей практики за годы работы психологом в женской консультации больше 119 женщин приняли решение в пользу новой жизни, а это значит, что было сохранено 119 детей.

С точки зрения заботы о репродуктивном здоровье женщины важно сказать, что беременность, роды и грудное вскармливание являются важными условиями сохранения женского здоровья. По статистике у женщин, прерывающих беременность или не рожавших, часто сильно изменяется гормональный фон, и проявляются онкологические заболевания.

 Для сохранения женского здоровья врачи рекомендуют:

  • Регулярно посещайте гинеколога и других специалистов для профилактических осмотров. Гинеколога рекомендуется посещать два раза в год.
  • Позаботьтесь о сбалансированном питании, отдавайте предпочтение чистой питьевой воде, добавьте в меню больше свежих овощей, фруктов, зелени и орехов.
  • Следите за своим весом. Для сохранения здоровья, в том числе и репродуктивного, индекс массы тела (ИМТ) должен быть в пределах нормы. Поддерживать желаемый вес вам поможет правильное питание и умеренные физические нагрузки, например, пешие прогулки, езда на велосипеде, плавание.
  • Не забывайте про полноценный сон. Женщине необходимо спать не менее 8 часов в сутки. Желательно соблюдать режим, соответствующий вашим биоритмам.
  • Откажитесь от вредных привычек.
  • Соблюдайте правила личной гигиены. Лучше всего использовать специальные средства без синтетических ароматизаторов и отдушек.
  • Помните, что беспорядочные половые контакты без предохранения — это серьезный риск для женского здоровья.
  • Старайтесь избегать стрессов и эмоциональных перегрузок. Любите себя и чаще улыбайтесь!

Нет ничего ценнее человеческой жизни