Лучшее что отец может сделать для своих детей это любить их мать: «ЛУЧШЕЕ, ЧТО МОЖЕТ СДЕЛАТЬ ОТЕЦ ДЛЯ ДЕТЕЙ, — ЛЮБИТЬ ИХ МАТЬ» – Огонек № 30 (4657) от 27.08.2000

«ЛУЧШЕЕ, ЧТО МОЖЕТ СДЕЛАТЬ ОТЕЦ ДЛЯ ДЕТЕЙ, — ЛЮБИТЬ ИХ МАТЬ» – Огонек № 30 (4657) от 27.08.2000










5K












13 мин.





























Сколько я себя помню, во мне страшно тикает. Раз тикает, во-первых, я немного опасаюсь, что однажды взорвется; во-вторых, это меня беспокоит и ночью и днем — то, что тикает. И я не могу делать что-то неторопливо, и к людям неторопливым отношусь от недоверия до неприятия

Вероника ДОЛИНА:

У Вероники Долиной — автора, композитора и исполнителя своих песен, количество которых подсчитать невозможно, вышло десять компакт-дисков и чертова дюжина книг. При этом она мать четверых детей и женщина в некоторой степени отстраненная, что, вполне возможно, помогает ей растить детей без отрыва от творчества.

Но Вероника между тем и вполне конкретна: отвечая на вопросы, вслушиваясь в себя, в ту внутреннюю работу, которая и выносит слова на поверхность, она дает вам понять — время идет, оно в ней тикает, и вам пора бы…

— Вероника, когда вы сегодня бросаете взгляд в прошлое, можете ли вспомнить, о чем мечтали и грезили в молодости?

— Никаких особых мечт не было… (Длинная пауза. Вспоминает.) Тогда я только что рассталась с музыкальной школой, наступила маленькая свобода, и я ринулась к книжкам. Красивая жизнь мерещилась, но она была сказочной, как и французская литература, которую нам успели преподать. Мы, неравнодушные к языку, проращивали свои грезы из книжек. Ничего-то мне не нужно было, кроме… Кроме дома как замка, вассалов как друзей, детей как паству и… музыки и книг — и всего этого побольше. Все мне казалось просто и реально, как в средневековье. Потом, конечно, жизнь все раскачала и подкорректировала.

— На стихи вас вдохновила первая любовь или они совпали?

— Конечно, в четырнадцать лет какой-то мальчик у меня появился, а лет в пятнадцать это был уже мальчик лет двадцати, а в шестнадцать — мальчику было уже лет под тридцать. Этот букет вызвал к жизни какие-то стихи с легкой манипуляцией гитарой.

— Но вы так давно пишете и поете, что создается впечатление, будто вы прямо со школьной парты шагнули на сцену. А может быть, так действительно и случилось?

— После школы я наслаждалась свободой, брякала на пианино, сочиняла как бы собственные версии Жанны д’Арк, Тристана и Изольды… И тут случилось чудесное знакомство — на самом деле не одно, а целый букет. Была такая волшебная женщина — Александра Вениаминовна Азарх — чудная классическая московская старуха с красотой колдуньи. Жила она на теперешней Мясницкой, а для меня это был очаг моего детства, я обожала эти места. Привела меня к этой дивной старухе моя тетя, и там я пела свои первые песни. Там бывали люди разнообразные — художнические и театральные, там было некое окно в другую жизнь, из этого окна мне тепло закивали, протянули руки. И еще очень быстро, через какие-то недели, я познакомилась с другом моего брата — нынче членом израильского кнессета Юрием Штерном, и он сделался на многие годы моим теплым другом.

Юра познакомил меня с Володей Бережковым, Аликом Мирозояном, Виктором Луферовым — тоже своеобразный творческий букет нашей компании. Это действительно произошло очень быстро — в первую осень после окончания школы.

Володя Бережков взял меня за руку и привел в литературное объединение, которым руководил легендарный тогда в Москве поэт Эдмунд Иодковский — автор бессмертного гимна целинников: «Едем мы, друзья, в дальние края, станем новоселами и ты, и я!» Это был чрезвычайно добрый культурный человек, расположенный к тому, чтобы вести такое литобъединение очень разнообразных людей, но ужасно даровитых. Там я от 17 до 20 лет увидела клумбу чудесных московских, очень одаренных, совершенно никакой властью и государственной мощью не обласканных людей. И я к ним притулилась.

— Однако вы оказались замужем. Не стало ли это помехой творчеству, не отвлекло ли вас?

— Нет, что вы! Были какие-то месяцы небольших потрясений младоженской души, но вообще все было забавно и романтично, с какими-то холодными душами, горячими конвульсиями. Нет, стихи не оставляли меня. Я прошла через первые потрясения, потом вошла во вторые и третьи, и при этом опиралась на стихи.

Я замужем очень давно, об этом даже говорить странно. Вышла замуж в 19 лет и до сих пор перманентно нахожусь в этом состоянии, не приходя в сознание… Но в 20 лет, в 1976-м, наверное, это был год какого-то цветения, я попала на первый конкурс авторской песни. В жюри были Булат Окуджава, я помню лица Валентина Никулина и Геннадия Гладкова — была такая композиторская фракция. А конкурс был чрезвычайно поэтичен, интересен. Я же была ужасно неуклюжа, угловата и к тому же у меня была двусторонняя пневмония. Но там я, покачиваясь от слабости, все-таки спела свою Жанну д’Арк. Это то, что у меня было в запасе и что выглядело иначе, чем туристская песня или апология мужской дружбы, которая всегда воспевалась. Вот так я выступила и даже заняла, не помню точно, кажется, третье место. Это способствовало и сопутствовало тому, что потом года полтора — и уже не только в компании — я понемногу выступала на маленьких сценах. А потом посыпались предложения, и я стала много выступать, начиная с 1977 — 1978 года. Редкий день был у меня свободен.

А что касается семейной жизни… Я помню, как в школе объясняли про плюсы и минусы, а в биологии про женское и мужское. Да и дедушка мой был известным физиологом, и родня моя вся медицинская. Мне представлялось естественным и натуральным жить в обществе мужчины, и до сих пор так представляется. Мне кажется, что сосуществовать попарно как-то веселее.

— Несмотря на то, что вы рано усвоили семейные традиции, вы приобрели и личный опыт и, вероятно, отвергли что-то, привнесенное из опыта младости. Например, научились ли что-то не прощать мужчинам?

— Я — абсолютное прощение. А что можно не прощать? Понимаете, мы родились в очень немилосердном государстве, возможно, не в худшем из его городов. Более того, одно из открытий пребывания в этой стране, городе и в этом времени становится все ужаснее. Как пропел так просто и верно мой друг Володя Бережков: «Тогда и надо было жить, кто знал, что дальше будет хуже».

Юность строит какие-то замки, но не догадывается, что дальше попросту будет хуже. Во всех отношениях. И если все кругом так ужасно и через такие жернова проходит человек, то ему ничего не остается, как быть милосердным по отношению к своим близким.

— Ваше всепрощение не дает ли повода близким сесть вам на шею? Бываете ли вы с ними строги? Ставите ли своих иногда на место, когда вдруг слух и вкус включаются?

— Нет-нет, у меня с этим плохо. Возможно, я иногда на кого-то произвожу очень монументальное впечатление, а на кого-то и демоническое. Боюсь, что ни того, ни другого во мне нет и многих симпатичных защитительных граней я на самом деле не имею. Я бы хотела быть проще и мягче. Я бесконечный ценитель мягкости абсолютно во всем — в красках, в интонациях, в языке, в манерах. Правда, рядом с мягкостью часто располагается неторопливость, а вот этой вещи я не ценитель. Я люблю буквально что-то моментальное — растворимый кофе, быстрый суп. Сколько я себя помню, во мне страшно тикает. Раз тикает, во-первых, я немного опасаюсь, что однажды взорвется; во-вторых, это меня беспокоит и ночью и днем — то, что тикает. И я не могу делать что-то неторопливо, и к людям неторопливым отношусь от недоверия до неприятия. А мягкость я страшно люблю.

— У вас четверо детей. Вы чего-то от них ждали, хотели, или просто ребенок есть, и это само по себе прекрасно?

— Так… Так… Полагаю, лет десять назад я бы что-нибудь другое ответила, а лет двадцать — совсем другое. А что же теперь я скажу на это? А я не знаю, не знаю… Мне хотелось детей как адептов, как близких людей, поселить их рядом с собой и не расставаться как можно дольше. Но вот уже первый отделился от меня, и я отношусь к этому смиренно.

Но ничего, вы знаете, я не ждала от них, а то бы я им руки-то повыворачивала, холки бы намяла, носы бы поплющила. Но ничего этого я не умею. Напротив, дети очень сохранны, иммунны и при деле. И что я буду их теребить?

— Получилось, как вы мечтали, стать с детьми друзьями, близкими людьми?

— Не мое дело — резюмировать. Я их очень люблю, очень им предана. А как называется то, что между нами, не знаю. Я думаю, что очень прорастаю в них, и в этом есть много опасностей. Тут все немножко фантомно. И эти попытки создать профессию из ничего, и создать чуть ли не достаток, и из этого достатка создать большую авторскую версию для детей: вот такой город, такая страна, такое государство, а ты хорошо учись, будь человеком, уважай старших, люби младших… И что тогда будет? Никто не знает, что будет. Мне кажется, мои дети — я об этом с опаской говорю, с особой осторожностью, — хорошо себя чувствуют на свой лад каждый и приоритеты в жизни имеют близкие к моим.

Но мне дик целый ряд вещей — таких общечеловеческих нормативов, которые наполнили нашу жизнь за последнее время. Кто-то же учит своих детей менеджменту, а кто-то, извините, маркетингу, а кто-то в какую ни есть юриспруденцию детей отдает или буквально в международное право… Вот ужас-то, на мой взгляд.

— А что вам видится в этом ужасного?

— Без комментариев, как наловчились говорить теперь некоторые… В моих глазах это ужас. То есть как?! Твой ребенок может принять неслыханную веру и оказаться адептом неслыханной конфессии. Это его дело. А если ты как родитель его куда-то толкаешь — дело плохо. Поэтому пусть любой из моих детей учится чему угодно и служит чему захочет, но я в ужасе от того, как некоторые родители программируют своих детей. Если мои дети читают книги, почитают музыку, обожают театр и кино — мне больше ничего не нужно.

— Вы много говорите о детях, но ни разу не упомянули о роли отца в их жизни.

— Во мне давно сидит цитата: «Лучшее, что может сделать отец в деле воспитания детей, — это любить их мать». Это очень сильная сторона вопроса, и она очень важна. Мои дети видели это. Сейчас у меня второй муж, но совсем неважно, какой он по счету. Мужчина, живущий со мной, — это моя вторая половина. Мне бы хотелось, чтобы человеку было хорошо со мной, вот и все.

— Были у вас сложности с детьми, когда вы вторично выходили замуж?

— Сложностей не было. Но необходимо было сделать так, чтобы уменьшить тяжесть травмы. Вот об этом я очень пеклась, этим была очень озабочена. И это мне удалось.

— Вероника, вы используете в своих воспитательных моментах опыт ваших родителей или так и говорите им, что жить в наше время страшно?

— Я не говорю, что страшно. На самом деле я выбираю другие слова. Но мы сурово живем, что и говорить. Мои мама и папа тоже не были особенно заласканы всей нашей средой. Но меня не учили сильно щетиниться — меня просто просили учиться хорошо, по возможности, учили музыке, языку. Папа и мама, как могли, со мной приятельствовали, но из-за занятости проводили со мной очень немного времени. Никаких наставлений не было — воспитывали исключительно на собственном примере: книжки, театр, бесконечно бережное друг к другу отношение. Вот это то, что было у родителей и существует сейчас со мною.

— Вы пережили с вашими разновозрастными детьми три переходных возраста. Очевидно, было сложно, и нужны были какие-то особые знания и понимания, чтобы все это прошло безболезненно.

— Нет-нет, я не знаю, у меня все интуитивно, все по слуху. Я ведь стихи пишу со слуха, музыку по слуху. Недаром в детстве мы так любили радиопостановки, и чуть позже, нянча детей дома, я очень любила «Театр у микрофона». По слуху я и детей растила. Конечно, в переходном возрасте что-то малоприятное было, но я не позволяла себе, чтобы в наших отношениях мы заглянули за ту грань, из-за которой трудно будет вернуться к теплым и интересным отношениям. Все яркие размолвки — их было три-пять — я помню, помню их совершенно в самоуничтожительном свете. Надо было учить себя всякой сдержанности и бережности к детям. Иначе «дальше — тишина». А если ты хочешь с детьми и дальше общаться, находить общий язык и до тишины не допускать себя, то со словами надо обращаться чрезвычайно бережно.

— Вы знаете, у нас давно стало грустным правилом растить детей без отцов при живых отцах. Вы могли бы вырасти своих без отца?

— Откуда я знаю? Что вы! Я понятия не имею. Не… Я не думаю. Мне кажется, жизнь детей очень украшена мужским обществом. Но черт его знает… Наверное, есть такие сады-огороды, где дети цветут без этой поливки. Не знаю… Мне кажется, мужчина нужен для равновесия. Как писала Нина Садур: «Мужчина полезен для здоровья».

— Вы очень самостоятельная женщина во всех смыслах, и в смысле зарабатывания денег тоже. Нет с мужем по этому поводу напряжений?

— У нас нет этого состязания, и об этом не может быть и речи — муж тоже занимается вполне художественными вещами — снимает кино, а когда не снимает, то отдыхает. Какое тут может быть состязание? Дети в большей степени мои — что хочу, то и делаю. А хочу я их кормить, одевать, возить, учить — всегда хотела и продолжаю хотеть. Муж мне вполне соответствует в этом мире моих скромных желаний. Ну, чуть больше денег — чуть меньше… Я вообще простовата в этих вопросах, я же не бизнесвумен. Я абсолютный кустарь — натачал пару ботинок, пошел на угол и продал их. Натачал, например, пять песен и чувствую, что две из них немножко ярче остальных. А в сумме их пять — это к вопросу о тачании обуви. Черт возьми, думаю, что я сижу? Еще десять — и будет новая пластинка. Это все, чем я занимаюсь. Ну и какое тут может быть состязание?

— Ну и когда вы успеваете при четырех детях «тачать»? Из чего вырастают ваши стихи и песни?

— Из любого времени дня и ночи… Какие-то ушки на макушке желательно поддерживать. Я сейчас меньше стала говорить вслух и про себя об электризованности, которая когда-то чрезвычайно способствовала. Теперь она меня пугает — просто в кому впадаешь, когда приходит это состояние. Я не говорю о влюбленности, а о психофизических испытаниях, когда они выпадают. Теперь надо беречься, ну хотя бы ради детей. Тех ушей на макушке, которые я раньше поддерживала, их уже нет. Но есть какие-то другие. Я колдую по утрам и вечерам, когда есть силы, я очень колдую над тем моментом, когда рука поспешает к бумаге. Тут я задерживаю дыхание, настолько это острые ощущения.

— А кто ваш слушатель сегодня? Он ведь, очевидно, совсем другой, чем у Земфиры, например?

— Конечно, совсем другой, но какая-то граница проходит. Я приветствую Земфиру, и ее очень любят слушать мои дети. Но, конечно, я немножко другое. Мы были намного менее музыкальны, намного скупее в выразительных средствах. Намного более ангажированы с точки зрения текста, и политически, и социально. Кому Бог давал поэтический дар, естественно, песни были поэтичнее. Но социальная нагруженность этих песен и этого стиля пения под гитару была, конечно, на первом месте.

Но, конечно, такого царства серости, которое наступило в 90-е годы, мы не чувствовали и не предполагали, как многого другого не могли предположить. Но к эстраде я глубоко равнодушна. Живу книгами. Подкармливаю свое нутро стихами.

— Муж поклонник ваших песен?

— Я бы сказала — без фанатства, когда приходится, то слушает. Понимаете, это уже взрослый брак — он взрослый человек. Я могу повести его на Сретенку, где родилась, к своим друзьям. А куда-то и он твердой рукой меня поведет. А я никого на свои концерты не вожу — кто может, тот сам придет, кто-то из близких придет, а кто-то останется дома помыть посуду. А не помоет — я сама это сделаю. Тут я очень либеральна.

— Но дети ваши, естественно, первые слушатели и ценители?

— Не первые и не последние. С какой стати их это должно интересовать? У меня масса ошибок в воспитании, и вот эта тоже — у нас не очень силен почтительный фон по отношению ко мне. Это в доме не очень приветствовалось и развивалось. Иногда мне это вредит, но зато они имеют собственные любови, собственные привязанности — и пускай себе. Они точно не фанаты моего творчества, но вот что уж точно меня совсем не тяготит. Пусть они будут фанатами кого захотят: Кафки, Эко, Цветаевой. .. Почему они должны любить меня? Пускай так с прищуром присматриваются… Ничего мне больше не нужно.

Понимаете, дети уже взрослые. Старший — Антон — уже диссертацию по детским книжкам написал, пишет эссе, рецензирует и делает другие разнообразные вещи. Средний — Олег — в театральном училище, а сейчас каникулы, и он снимает мультфильмы. Ася пишет что-то свое и записывает. Года три-четыре назад они как-то объединились и какую-то музыку играли, в том числе и публично. Сейчас они это делают редко, но иногда можно наткнуться на какую-то их антрепризу. А в еще более дальнее время мы вместе в кукольный театр играли. Дети резвятся по-разному и, что очень важно, не под моим руководством.

Я очень антитоталитарна, я против любого рода железных рук, любого рода памятников, очень против кумиротворения. И все же важные, главные вещи я очень берегу в себе и в детях стараюсь проращивать.

— Вы начинали писать и петь свои песни, когда были уже такие суперстар, как Ким, Визбор, Высоцкий, Окуджава. .. Вы стояли рядом или особняком?

— С Окуджавой у меня были своеобразные многолетние отношения — кое в чем они были дежурны и загадочны, кое в чем очень формальны и сложны. В силу жизненных обстоятельств они еще несколько запутались. Но с моей стороны это всегда была — без низкопоклонства — очень яркая и щемящая любовь. А с его стороны было такое поглядывание сверху — в иные годы оно было очень неравнодушным, впоследствии более равнодушным. Ну что поделаешь?

Высоцкого я не знала, хотя 1980 год был пограничным. У нас была дружба с драматургом Олегом Осетинским, сценарий которого был запущен на детской киностудии. Годы прошли, но я помню, что в этом сценарии была такая небольшая набоковщина — бывалый мужчина ведет с собой девочку на башню к шпилю — вы думаете, чего? — высотного сталинского дома. Вот такая история в замкнутом пространстве с некими взаимоотношениями. К главной роли будто бы был приговорен Высоцкий, а я уже написала песню, предназначенную девочке. В августе 1980 года мы предполагали познакомиться, но не довелось. ..

С Визбором я хорошо была знакома, и ужасную его милоту и дружественность прижизненную ощутила на себе, и горечь утраты…

С Кимом я дружу и приятельствую по сей день. И я счастлива, что он жив-здоров. Все-таки мы все уже чуть-чуть уходящие натуры.

Когда-то я очень хотела внутрицеховых корпоративных отношений, но не знала их никогда. Жила и живу в работе сама по себе.

Маргарита РЮРИКОВА

В материале использованы фотографии: Юрия ФАЙНБЕРГА, Марка ШТЕЙНБОКА, Виктора ГОРЯЧЕВА

Самое главное, что может сделать отец для своего ребенка, — это быть хорошим мужем для его матери ▷ Socratify.Net

ПОХОЖИЕ ЦИТАТЫ

ПОХОЖИЕ ЦИТАТЫ

Лучшее, что может сделать книга для человека, — это заставить его действовать.

Томас Карлейль (50+)

Самое тяжкое бремя, которое ложится на плечи ребенка, — это не прожитая жизнь его родителей.

Карл Густав Юнг (50+)

Лучший отец — это отец, который всегда находит время для своего ребенка, независимо от того, что произошло у него на работе, есть ли у него проблемы или нет.

Неизвестный автор (1000+)

Нельзя быть хорошим для всех. Пора бы уже это запомнить и жить в свое удовольствие.

Неизвестный автор (1000+)

Всё самое дорогое в жизни — рядом! Главное, вовремя понять, что это — самое дорогое.

Хельга Виннер (1)

Между двумя людьми — мужем и женой — должна быть любовь, и это самое главное, но это не ты и не он, а нечто третье, что вы оба должны создавать. Не стоит думать, что все должно быть по-твоему.

Дэвид Герберт Лоуренс (9)

Возраст для женщины — не самое главное: можно быть восхитительной в 20 лет, очаровательной в 40 и оставаться неотразимой до конца дней своих.

Коко Шанель (100+)

Семья — царство отца, мир матери и рай ребенка.

Неизвестный автор (1000+)

Отец должен быть столько же отцом, сколько и другом своего сына.

Виссарион Григорьевич Белинский (100+)

Главное сделать первый шаг. Самое трудное вначале, потом пройдет. Это как, когда вы хотите зайти в воду, но не можете решиться. Вам она кажется холодной, вы заходите по колени, и останавливаетесь. Но чем медленнее вы продвигаетесь, тем мучительнее для вас процесс. Иногда, самым безболезненным способом сделать то, что вы сделать не решаетесь, это плюхнуться с разбега.

Чак Паланик (100+)

  • Показать лучшие


  1. Главная
  2. ❤❤❤ Повторение судьбы (Януш Леон Вишневский) — 64 цитаты

Почему лучший подарок, который отец может дать своему ребенку (детям), — это любить их мать. Обильный потенциал

« Лучшее, что может сделать мужчина для своих детей, — это любить их мать. » Эту цитату иногда приписывают Аврааму Линкольну, а иногда Теодору Хесбургу или даже кому-то другому. В любом случае, в этом единственном предложении есть мудрость. Вот почему вкратце:

Любовь матери и отца друг к другу обеспечивает стабильную среду, в которой ребенок может расти и развиваться. Это также дает ребенку два замечательных образца для подражания, которые показывают ему/ей, как относиться друг к другу и иметь прекрасные и любящие отношения. Любовь к ребенку, но не к его/ее матери (или отцу) делает противоположное. Она создает конфликтную и нестабильную среду для ребенка со всеми негативными последствиями, порождаемыми нестабильностью.

Создание стабильной среды для взросления

Почти каждый согласится с тем, что идеальная среда для ребенка – это семья, в которой оба биологических родителя (мать и отец) находятся в любящих отношениях. Это не всегда возможно. Тем не менее, это идеал, к которому нужно стремиться.

Это не просто мнение; есть много данных, чтобы поддержать это. Многочисленные исследования показали, в частности, ужасные последствия безотцовщины. Дети, воспитанные обоими родителями, просто имеют большое преимущество в жизни перед теми, у кого их нет.

Вы хотите лучшего для своего ребенка и хотите дать ему как можно больше шансов. Сохранение здорового брака отвечает интересам вашего ребенка, а это значит любить своего супруга.

Наша малышка всегда улыбается, когда видит своих родителей, обнимающих друг друга. Как будто она изначально знает, что этот внешний признак нашей любви означает, что ее маленький мир в безопасности. Что бы ни случилось, все будет хорошо, потому что мама и папа любят друг друга. Это дает ей большую безопасность и пространство для процветания.

Хорошие образцы для подражания

Ваши дети наблюдают за вами и учатся у вас. Вы их первый и главный воспитатель, и ваше поведение является одним из самых важных уроков. Вы их образцы для подражания.

Любовь друг к другу показывает им, как любить и как построить крепкий брак и/или отношения. Для сыновей отец, который любит их мать, дает им образец того, как обращаться с женщинами. А для дочерей это показывает им, как мужчины должны относиться к ней. То же самое верно и для матери, любящей своего мужа.

Противоречие

Увы, в последнее время эта цитата стала спорной. Кажется, им движет две мысли:

  1. Самое главное — любить ребенка
  2. Некоторые родители-одиночки находят это оскорбительным и настаивают на том, что они прекрасно справляются сами по себе, а их ребенку лучше без него. их бывший

Конечно, очень важно любить своего ребенка. Тем не менее, в интересах вашего ребенка, чтобы ваш брак/отношения были на первом месте. Перечитайте первую часть этой статьи, чтобы понять почему.

Второй пункт — печальное следствие разорванных отношений, и я сочувствую тем, кому приходится растить ребенка одной. Тем не менее их поломка ничего не меняет. Обидевшись, , а не означает, что ты прав.

Кроме того, любить и быть «влюбленным» — разные вещи. Вам не нужно быть «влюбленным» в кого-то, чтобы любить его. Вот еще одна замечательная цитата, объясняющая почему:

Любить — значит желать добра другому.

Святой Фома Аквинский

Когда вы любите кого-то, вы хотите и делаете для него добро не для того, чтобы получить что-то взамен (что является косвенным эгоизмом), а потому, что вы хотите для него самого лучшего.

Вполне возможно быть разлученными и больше не жить вместе, но все же действовать из любви (ПРИМЕЧАНИЕ: я сказал возможно, не легко). Я слышал о разведенных парах, которые сознательно никогда не говорили плохого слова друг о друге родителям и всегда относились друг к другу с уважением. Они делали все возможное, чтобы по-прежнему оставаться хорошими образцами для подражания. Не так идеально, как быть вместе, но огромный шаг для ребенка от одного родителя.

Заключение

Я надеюсь, что вы сделаете больше, чем просто кивнете головой в знак согласия с тем, что я написал выше. Я надеюсь, ты сделаешь это частью того, кто ты есть. Живите цитатой. Сделайте любовь к супругу и поддержание здорового брака/отношений приоритетом. Подарите своему ребенку этот замечательный подарок. Это даст ему/ей лучшее будущее.

Фото на обложке: Изображение Анастасии Гепп.

Почему эта цитата вызывает столько споров?

Когда мы разместили эту простую цитату на Facebook, мы узнали, насколько она вызывает разногласия. Узнайте, почему, а также узнайте, почему мы поддерживаем это.

Всем привет, Папа Натуральный с новостями. Недавно я разместил эту цитату на странице Mama Natural в Facebook, и она просто взорвалась. На данный момент пост посмотрели более 17 миллионов человек, он получил 600 000 лайков и им поделились более 140 000 раз.

Почему широкий охват? Потому что пост оказался действительно разделяющим . Из 11 000 комментариев около половины были негативными.

негативные-комментарии-самое-важное-что-может-делать-отец-для-своих-детей-это-любить-свою-мать

Когда приходит столько негатива, мы инстинктивно удаляем пост. Но мы оставили его, потому что я полностью поддерживаю его .

В этом посте я расскажу почему.

Два верхних комментария.

Два верхних комментария прекрасно иллюстрируют, как люди расходятся во мнениях по поводу этой цитаты.

два лучших комментария

Конечно, важно любить своих детей.

Само собой разумеется, что ваши дети нуждаются в вашей любви и заслуживают ее. НО, если вы состоите в отношениях, ваш партнер на первом месте.

Некоторым людям тяжело это слышать, но почти каждый эксперт по отношениям с этим согласен. Бывают времена, когда неотложные потребности ребенка могут быть на первом месте, но в конечном итоге брачные узы должны быть первостепенными.

Ваш брак превыше всего. Потом ваши дети.

Когда все наоборот, случаются плохие вещи. Когда дети являются центром вашей вселенной, они растут, думая, что они * являются*  центром вселенной. Это может вызвать проблемы, когда они станут старше и войдут в «реальный» мир.

И ваш брак страдает. Я видел это воочию с некоторыми парами, которых мы знаем. Их взаимная сосредоточенность на детях, а не друг на друге, была способом избежать близости и проблем в их браке. И этот брак закончился, как и следовало ожидать.

Научить детей любить тоже важно.

Ставить ваши отношения на первое место — это часть того, к чему приводит эта цитата. Научить своих детей любить — это другая часть.

Дети такие чуткие и наблюдательные. Они забирают все. И они моделируют все, что мы делаем. Если мальчик видит, что его отец плохо обращается с матерью, он, скорее всего, поверит, что такое обращение с женщинами приемлемо. И если девочка видит, что ее отец неуважительно относится к ее матери, она, скорее всего, поверит, что это допустимое обращение мужчин с ней.

Сравните это с детьми, которые видят, как их родители выражают искреннюю любовь друг к другу. Во что эти дети вырастут, веря?

Мало что обеспечивает большую безопасность, чем знание детьми того, что их родители — единая пара. Пока с мамой и папой все хорошо, дети чувствуют, что могут столкнуться со всем.

Но что, если вы больше не вместе со своим партнером?

Я думаю, это то, что угрожало стольким людям. Как известно, многие пары распадаются.

Но вот в чем дело. Вам не нужно быть влюбленным в своего партнера — или даже обязательно похожим на его — чтобы любить его.

Когда большинство людей думают о любви, они сразу же переходят к романтическому или сексуальному влечению. Но есть много вкусов любви, и романтика — лишь один из них.

Одно из основных определений любви выделено на этом скриншоте из Merriam-Webster:

определение любви

Если совместные дети не являются общим интересом, то я не знаю, что это такое.

Для разлученных родителей главное — уважать своего партнера, вести себя с ним вежливо, ради ребенка, которого вы вместе родили. Такая любовь — это действие , а не чувство.

Я тому живое доказательство.

Мои родители развелись, когда мне было 2 года. Но одна вещь, которую мой отец никогда не делал, — это не оскорбляла мою маму. На самом деле, он изо всех сил старался сказать, что благодарен за нее, что он не мог придумать лучшего человека, чтобы быть матерью для своих детей. И, честно говоря, это утверждение запомнилось мне на всю жизнь; его действия по отношению к ней оказали на меня огромное влияние.

Важно относиться к супругу с уважением и любовью и показывать это своим детям. А это может означать воздержание от суждений или время от времени прикусывать язык.

Последнее примечание.

Конечно, эта цитата работает в обе стороны. Самое главное, что мать может сделать для своих детей, — это любить их отца.

Или еще лучше:  Самое важное, что родитель может сделать для своих детей, — это любить второго родителя .

Если вы расстались со своим партнером, постарайтесь проявить к нему сочувствие, говорите о нем хорошо, вспомните, что вы ДЕЙСТВИТЕЛЬНО любили в нем, и покажите эту любовь своим детям.

Related Posts

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *